В деле о банкротстве Руслана Воробьева арбитражный суд отказал должнику в приостановлении процедуры реализации имущества и внес изменения в положение о порядке реализации. Воробьев, привлеченный к субсидиарной ответственности по обязательствам подконтрольного юридического лица, оспорил в КС РФ конституционность абз. 2 п. 6 ст. 61.17 Закона о банкротстве. Заявитель полагал, что норма не позволяет учитывать в деле о банкротстве гражданина реальную перспективу изменения размера требований кредиторов по результатам завершения дела о банкротстве подконтрольного общества. По мнению Воробьева, буквальное применение нормы нарушает его права по ст. 19, 35 и 46 Конституции РФ. КС РФ отказал в принятии жалобы, указав, что оспариваемая норма направлена на обеспечение баланса имущественных интересов кредиторов, должника и иных лиц. В деле суды установили недостаточность имущества должника и отсутствие влияния результата завершения банкротства подконтрольного общества на размер долга Воробьева (дело № 770-О).
Фабула
В рамках дела о несостоятельности Руслана Воробьева арбитражный суд вынес определение, которым отказал должнику в удовлетворении ходатайства о приостановлении процедуры реализации имущества. Этим же определением суд внес изменения в положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества Воробьева. Суды вышестоящих инстанций согласились с данным определением.
Воробьев являлся контролирующим лицом юридического лица, в отношении которого также велось дело о банкротстве. Кредиторы подконтрольного общества воспользовались правом распоряжения требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренным подп. 3 п. 2 ст. 61.17 закона о банкротстве, — уступкой кредитору части этого требования в размере требования кредитора.
Что сказал заявитель
Воробьев обратился в КС РФ с жалобой на абз. 2 п. 6 ст. 61.17 Закона о банкротстве («Распоряжение правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности»).
По мнению заявителя, оспариваемая норма противоречит ст. 19 (ч. 1), 35 (ч. 3) и 46 (ч. 1) Конституции РФ.
Воробьев указал, что буквальное применение нормы судами не позволяет учитывать в рамках дела о банкротстве гражданина-должника реальную перспективу изменения размера требований кредиторов по результатам завершения дела о банкротстве подконтрольного ему юридического лица.
Заявитель полагал, что если подконтрольное общество погасит часть требований кредиторов в ходе собственного банкротства, это должно уменьшить объем требований к нему как к субсидиарному ответчику, а следовательно — повлиять на процедуру реализации его имущества.
Что решил Конституционный Суд
КС РФ не нашел оснований для принятия жалобы к рассмотрению и привел содержание оспариваемых норм. Согласно п. 6 ст. 61.17 Закона о банкротстве к кредитору, выбравшему уступку части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, с момента вынесения судом определения о замене взыскателя переходит часть требования, равная размеру требования этого кредитора к должнику.
При этом абз. 2 п. 6 ст. 61.17 Закона о банкротстве устанавливает, что такой переход не уменьшает размер требования кредитора к должнику, лицу, предоставившему обеспечение, и иным лицам, к которым может быть предъявлено требование в соответствии с главой III.2 Закона о банкротстве.
Уменьшение размера требования кредитора к должнику происходит только в случае фактического полного или частичного удовлетворения требования кредитора лицом, привлеченным к ответственности, — это предусмотрено абз. 3 той же нормы. Таким образом, закон разграничивает момент перехода требования (который не влияет на размер долга) и момент фактического удовлетворения (который уменьшает долг).
КС РФ указал, что оспариваемое положение, рассматриваемое во взаимосвязи с иными нормами ст. 61.17 Закона о банкротстве, направлено на обеспечение баланса имущественных интересов кредиторов, должника и иных лиц.
Суд подчеркнул, что норма не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявителя в указанном в жалобе аспекте. В деле с участием Воробьева суды установили недостаточность имущества должника для удовлетворения требований его кредиторов.
роме того, суды пришли к выводу об отсутствии влияния результата завершения дела о банкротстве подконтрольного общества на размер долга Воробьева. Это означает, что даже при завершении банкротства юридического лица объем субсидиарных требований к Воробьеву не изменился бы.
Итог
КС РФ отказал в принятии жалобы Руслана Воробьева как не отвечающей требованиям допустимости. Определение окончательно и обжалованию не подлежит.
Почему это важно
По мнению Анны Прохоровой, главного юриста Юридической компании NERRA, Конституционный Суд справедливо отверг доводы жалобы заявителя о нарушении его прав в связи с отказом судов в приостановлении процедуры реализации его имущества при применении абз. 2 п. 6 ст. 61.17 Закона о банкротстве.
В рамках дела о банкротстве № А27-20244/2019 заявителю (должнику), продолжила она, было отказано в признании недействительными торгов по продаже его имущества и заключенного по их результатам договора купли-продажи. Должник настаивал на том, что судами не учтена необходимость изначального завершения расчетов с кредиторами и определения размера субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве подконтрольного ему общества, по обязательствам которой должник выступил поручителем (дело № А27-20806/2019).
Оспариваемая заявителем норма, пояснила она, подразумевает, что к кредитору, который выбрал способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности в виде уступки кредитору части этого требования, переходит часть требования о привлечении к ответственности, равная размеру требования этого кредитора. При этом переход права требования кредитору не уменьшает размер требования данного кредитора к должнику, лицу, предоставившему обеспечение, иным лицам, к которым может быть предъявлено требование в соответствии с настоящей главой, указала Анна Прохорова.
Согласно п. 13 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 г. (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25 апреля 2025 г.) должник и привлеченные к ответственности контролирующие его лица отвечают перед конкурсным кредитором солидарно до полного погашения требований, в том числе при уступке кредитору приходящейся на него части требования о привлечении к субсидиарной ответственности. Выбор конкурсными кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности в виде уступки части требования состоит в том, что они принимают решение в дальнейшем самостоятельно реализовывать права в отношении принадлежащего им актива (деликтного требования). Однако это не уменьшает размер основного требования такого кредитора, о чем прямо указано в абз. 2 п. 6 ст. 61.17 Закона о банкротстве, уточнила она.
В рамках дела о банкротстве № А27-20244/2019 заявителю (должнику), продолжила она, было отказано в признании недействительными торгов по продаже его имущества и заключенного по их результатам договора купли-продажи. Должник настаивал на том, что судами не учтена необходимость изначального завершения расчетов с кредиторами и определения размера субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве подконтрольного ему общества, по обязательствам которой должник выступил поручителем (дело № А27-20806/2019).
Оспариваемая заявителем норма, пояснила она, подразумевает, что к кредитору, который выбрал способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности в виде уступки кредитору части этого требования, переходит часть требования о привлечении к ответственности, равная размеру требования этого кредитора. При этом переход права требования кредитору не уменьшает размер требования данного кредитора к должнику, лицу, предоставившему обеспечение, иным лицам, к которым может быть предъявлено требование в соответствии с настоящей главой, указала Анна Прохорова.
Согласно п. 13 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 г. (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25 апреля 2025 г.) должник и привлеченные к ответственности контролирующие его лица отвечают перед конкурсным кредитором солидарно до полного погашения требований, в том числе при уступке кредитору приходящейся на него части требования о привлечении к субсидиарной ответственности. Выбор конкурсными кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности в виде уступки части требования состоит в том, что они принимают решение в дальнейшем самостоятельно реализовывать права в отношении принадлежащего им актива (деликтного требования). Однако это не уменьшает размер основного требования такого кредитора, о чем прямо указано в абз. 2 п. 6 ст. 61.17 Закона о банкротстве, уточнила она.
Следует также отметить, что по правилам ст. 325 ГК РФ должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого, заключила она.