Сокрытие места жительства — признак недобросовестности банкрота

Арбитражный суд округа разъяснил, что единственный платеж за 10 лет в рамках исполнительного производства не свидетельствует о добросовестности банкрота.

Олег Ган взял у Игоря Каганцева взаймы 1,8 млн рублей, но вернуть долг не смог. Стороны заключили мировое соглашение в 2015 г., по которому Ган должен был выплачивать по 70 тыс. рублей ежемесячно. Однако за 8 месяцев должник перечислил лишь один платеж, после чего скрылся и перестал выходить на связь. В 2020 г. Ган обратился в суд с заявлением о банкротстве. Суд первой инстанции признал его банкротом, но отказал в освобождении от долгов, установив недобросовестное поведение должника. Апелляционный суд отменил это решение и освободил Гана от обязательств. Кассационная инстанция поддержала позицию суда первой инстанции, указав на злостное уклонение должника от погашения долга, получение денег путем обмана, отсутствие сотрудничества с финансовым управляющим и сокрытие информации о доходах и месте жительства (дело № А21-10192/2020).

В 2015 г. Олег Ган взял взаймы у Игоря Каганцева 1,8 млн рублей. В дальнейшем Ленинградский районный суд утвердил мировое соглашение, согласно которому Ган обязался выплатить долг в течение семи месяцев ежемесячными платежами не менее 70 тыс. рублей. За восемь месяцев должник совершил только один платеж, после чего прекратил исполнение обязательств и скрыл место жительства.

В 2020 г. Ган подал заявление о собственном банкротстве в Арбитражный суд Калининградской области. Суд первой инстанции признал Гана банкротом, завершил процедуру реализации имущества, но отказал в освобождении от долгов из-за недобросовестного поведения. Тринадцатый арбитражный апелляционный суд отменил это решение в части неосвобождения от долгов и применил правило об освобождении.

Каганцев обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Северо-Западного округа.

Суд первой инстанции установил, что в реестр требований кредиторов Гана включены требования на общую сумму 2,2 млн рублей, из которых 1,9 млн рублей составлял долг перед Каганцевым. Требования кредиторов не были удовлетворены из-за отсутствия имущества в конкурсной массе.

Суд пришел к выводу, что поведение Гана не соответствует стандартам разумности и добросовестности. Основанием послужили причины возникновения долга, длительное уклонение от его погашения и отказ от сотрудничества с финансовым управляющим.

Суд также установил, что Ган действовал незаконно при возникновении обязательств перед ГКУ «Центр занятости населения Калининградской области», предоставив недостоверные сведения.

Апелляционный суд не усмотрел в поведении Гана злостного уклонения от погашения задолженности. Суд принял во внимание документы о заболеваниях должника (острый панкреатит, сахарный диабет, абсцесс) и факт частичного погашения задолженности. Апелляция посчитала, что принятие непосильных долговых обязательств из-за необъективной оценки финансовых возможностей не является основанием для неосвобождения от долгов.

Апелляционный суд также отметил, что в определении первой инстанции по обособленному спору отсутствовали выводы о недобросовестном поведении Гана при получении услуг от центра занятости. На момент заполнения электронной формы на портале Госуслуг не было предусмотрено графы для указания участия в юридических лицах, а информация о том, что Ган являлся соучредителем компаний, находилась в открытом доступе.

Арбитражный суд Северо-Западного округа поддержал выводы апелляции только в части отсутствия недобросовестности при возникновении долга перед центром занятости. Кассация согласилась, что из определения суда первой инстанции не следует, что требования центра занятости возникли в результате недобросовестного поведения Гана.

Однако в остальной части окружной суд встал на сторону первой инстанции. Апелляционный суд не принял во внимание установленные факты уклонения Гана от погашения задолженности перед Каганцевым и от уплаты налогов. Суд также отметил отсутствие сотрудничества должника с финансовым управляющим в ходе процедуры банкротства.

За период с момента утверждения мирового соглашения в 2015 г. до банкротства Ган погасил лишь 131,1 тыс. рублей из долга в 1,8 млн рублей. При этом единственный платеж был осуществлен около 10 лет назад не добровольно, а в рамках исполнительного производства. После его окончания и во время процедур банкротства задолженность перед Каганцевым не погашалась вообще.

Ган не раскрыл причины, по которым в течение длительного времени, находясь в трудоспособном возрасте, он не производил перечислений в пользу кредитора. Именно должник обязан подтвердить погашение обязательств настолько, насколько позволяли его доходы, чего Ганом сделано не было.

Окружной суд критически оценил ссылки апелляции на заболевания должника. По мнению кассации, представленные медицинские документы могут свидетельствовать лишь о временной нетрудоспособности. Факты стойкой утраты трудоспособности или установления инвалидности Ган надлежащим образом не подтвердил.

Особое внимание кассация уделила доводам Каганцева о том, что денежные средства были получены Ганом путем обмана и злоупотребления доверием. Именно нежелание разглашать эти обстоятельства послужило основанием для заключения мирового соглашения. В отсутствие документального опровержения со стороны должника у апелляционного суда не было оснований игнорировать эти доводы.

Окружной суд указал на недоказанность того, что неосновательное обогащение возникло по обстоятельствам вне контроля должника или в результате поведения самого кредитора. Вывод апелляции о принятии Ганом мер для исполнения мирового соглашения был сделан без учета мизерности погашенной суммы и принудительного характера единственного платежа.

Суд первой инстанции установил факты несотрудничества Гана с финансовым управляющим Егором Гуляренко. Это послужило основанием для неоднократного направления управляющим требований о предоставлении информации о месте проживания, доходах и расходовании кредитных средств. Каганцев указывал, что должник многие годы скрывает место жительства и источники доходов.

Установленные обстоятельства не позволяют говорить о принятии Ганом непосильных долговых обязательств из-за тяжелых жизненных обстоятельств. Напротив, они свидетельствуют о недопустимости использования механизма освобождения от обязательств для извлечения преимущества из незаконного или недобросовестного поведения.

Арбитражный суд Северо-Западного округа отменил постановление апелляционного суда и оставил в силе определение суда первой инстанции об отказе освободить должника от исполнения обязательств перед кредиторами.

Суд кассационной инстанции указал, при каких обстоятельствах должника не освободят от обязательств в результате проведения процедуры банкротства, отметил Руслан Губайдулин, управляющий партнер Юридической компании NERRA.

В деле, продолжил он, должник не сотрудничал с финансовым управляющим, не отвечал на многочисленные и повторные запросы, скрывал место жительства и источники получения доходов, при этом, не приводя никаких доказательств того, что запрашиваемая информация объективно не может быть предоставлена. Должник не раскрыл обстоятельства возникновения задолженности перед кредитором и причины, по которым он не исполнил обязательство, а также не опроверг доводы кредитора о том, что получил денежные средства путем обмана. Более того, должник не обосновал причину, по которой в течение длительного времени, находясь в трудоспособном возрасте, не производит перечислений в пользу кредитора. Справки о наличии заболеваний, указывающих на временную нетрудоспособность, суд счел недостаточной причиной для неисполнения обязательства, констатировал Руслан Губайдулин.

Подчеркнуто, что недопустимо использование механизма освобождения гражданина от обязательств для извлечения должником преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения. В основу же решения суда по вопросу об освобождении (неосвобождении) гражданина от обязательств по итогам процедуры реализации имущества должен быть положен критерий добросовестности поведения должника. Таким образом, следует отметить, что сам по себе факт неисполнения обязательств не может считаться недобросовестным поведением должника, указал он.

Если лицо попало в тяжелую жизненную ситуацию (например, из-за потери работы) и не смогло рассчитаться с кредиторами, но при этом пытается трудоустроиться, активно сотрудничает с финансовым управляющим, сообщает ему все актуальные сведения, имеющие значение для рассмотрения дела о банкротстве, результатом процедуры банкротства должно стать освобождение такого лица от исполнения обязательств. Другое дело, когда должник злонамеренно уклоняется от исполнения обязательства, скрывает свои доходы и имущество, не отвечает на запросы финансового управляющего.

В такой ситуации правило об освобождении должника от исполнения обязательств в результате процедуры банкротства может не применяться, заключил Руслан Губайдулин.

Источник: https://probankrotstvo.ru/news/sokrytie-mesta-zitelstva-priznak-nedobrosovestnosti-bankrota-9384